31.08.2012      11      Комментарии к записи Иван Сергеевич Тургенев отключены
 

Иван Сергеевич Тургенев


Он начинал свою писательскую деятельность в переходное для русской литературы: время. Это были годы после-декабрьской реакции. Та часть дворянства, из среды которой вышли декабристы, была деморализована. “Людьми овладело глубокое отчаяние и всеобщее уныние. Высшее общество с подлым и низким рвением спешило отречься от всех человеческих чувств, от всех гуманных мыслей. Не” было почти ни одной аристократической семьи, которая не имела бы близких родственников в числе сосланных, и почти ни одна не осмелилась надеть траур или выказать свою скорбь” .

Семья, в которой он родился и вырос, могла бы служить выразительнейшим примером того, как крепостничество уродует характеры самих господ. Его мать. Варвара Петровна, – говорить нужно сначала и преимущественно о ней, потому что она была фактически главой дома, —происходила из богатой провинциальной помещичьей семьи Лутовиновых. Судьба как будто нарочно позаботилась о том, чтобы эта женщина с детских лет и до самого замужества испытала на себе все превратности и все обиды, какие только могли быть изобретены в обстановке помещичьего всевластия и безответственности.

Тургенев не любил вспоминать о своих студенческих литературных опытах; самое начало своего писательства он отодвигал почти на десять лет — уже в сороковые годы. Очевидно, главным образом поэтому большая часть написанного им в университетские годы и не дошла до нас. С точки зрения зрелого, взыскательного художника, Тургенев был прав: сохранившиеся образцы его писаний не поднимаются над уровнем литературного ученичества. Но для историка литературы и для всякого, кто хочет понять, как пробивались первые ростки тургеневского дарования, они имеют неоценимое значение.

Тургенев учился в Московском университете всего только один год; в 1834 году он вместе с отцом и старшим братом, поступившим в Петербургское артиллерийское училище, переехал в Петербург и стал студентом тамошнего университета, который через два года и окончил. Однако впоследствии он говорил о Московском университете едва ли не чаще, чем о Петербургском, всегда отдавая предпочтение первому, перед вторым.

В 1827 году Тургеневы всей семьей переехали в Москву – главным образом с той целью, чтобы продолжить образование детей. В те годы состоятельные дворяне предпочитали обучать своих детей не в казенных учебных заведениях, а в частных. Так поступили и Тургеневы: вскоре после приезда в Москву Иван был определен сначала в пансион Армянского института, а через несколько месяцев в пансион Вейденгаммера. Однако не прошло и двух лет, как его взяли и оттуда, и в дальнейшем никаких попыток поместить Тургенева в какой-нибудь пансион или гимназию уже не предпринималось. Подготовку к поступлению в университет он продолжал и завершил под руководством домашних учителей.

Рекомендуем почитать ►
Н. В. Гоголь. «Тарас Бульба». Смысл сопоставления Остапа и Андрия. Патриотическое звучание повести

У Петербургского университета были и свои преимущества, в особенности для тех, кто учился на словесном факультете. Он находился в центре тогдашнего литературного движения: Пушкин, Крылов, Жуковский, Гоголь — все они жили в Петербурге. Это не могло не сказываться и на университетской жизни. Большим влиянием в университете и на словесном факультете пользовался ‘профессор П. А. Плетнев, поэт и критик, один из ближайших друзей Пушкина, тот самый Плетнев, которому великий поэт посвятил своего “Евгения 0негина” .

Отношения в этой семье определялись довольно строго. Иллюзий не было, Сергей Николаевич, должно быть, даже и не пытался посягать на прерогативы Варвары Петровны как полновластной и самовластной хозяйки всего семейного состояния. В доме царила атмосфера отчужденности и еле сдерживаемого взаимного раздражения. Супруги сходились, пожалуй, только в одном – в стремлении дать своим детям наилучшее образование. На это не жалели ни денег, ни собственных усилий. Они внимательно следили за их прилежанием, входили во все подробности их ежедневных занятий и т. п. Уже в раннем детстве будущий писатель хорошо говорил и писал по-французски, по-немецки и по-английски; особое внимание в семье Тургеневых обращали на овладение родным языком: судя по его письмам, двенадцатилетний Иван Тургенев достаточно свободно ‘и непринужденно для своих лет умел выразить и неподдельную сердечность, и не по годам развитую наблюдательность, и свой врожденный юмор.

3

Для матери, вышедшей замуж за другого, ее дочь от первого брака оказалась помехой, а отчим издевался над падчерицей, по-видимому, просто потому, что за нее заступиться было некому. В конце концов, девушка должна была бежать из дому. Кров она нашла у родного дяди – Ивана Ивановича Лутовинова. Но и там ее ожидало то же – и надругательства. Кончилось тем, что старик деспот прогнал племянницу, и она должна была искать пристанища у чужих людей. Но вскоре дядя умер в одночасье, и она оказалась наследницей всего его большого состояния, включавшего в себя и то самое Спасское, которое известно теперь в всем мире.

Рекомендуем почитать ►
Угрюм-Бурчеев, последний глуповский градоначальник

Поздней осенью 1815 года в Спасское приезжал молодой, необычайно красивый отпускной кавалергард Сергей Николаевич Тургенев. На Варвару Петровну он произвел сильное впечатление, и она сразу же приняла меры. Как вспоминает близкая и сочувствующая ей современница, она через своих знакомых велела передать Сергею Николаевичу, “чтоб он смело приступил к формальному предложению, потому что отказа не получит” . Характерная черта нравов: с чего бы, кажется” Сергею Николаевичу заробеть? Принадлежал он к старинной дворянской фамилии, ведущей свою родословную со времен Василия Темного; участвовал в Отечественной войне и за храбрость, проявленную в Бородинской битве, был награжден Георгиевским крестом, а теперь служил в одном из привилегированных гвардейских полков. Но Варвара Петровна хорошо знала, что делала: она не слыла красавицей и была на много лет старше Сергея Николаевича, но зато она была богатой невестой, а он — “нищий” : у его отца—при большой, семье – крепостных душ было всего что-то около 140.

Иван Сергеевич Тургенев. Жизнь и творчество

Увлечение молодого Тургенева стихами Бенедиктова также было предопределено, прежде всего, условиями времени. На фоне той унылости, которая царила в стихах запоздалых подражателей Жуковского, стихи Бенедиктова выделялись бодростью тона, размашистой энергией речи. Однако эти свойства могли предопределить лишь первое впечатление. При ближайшем рассмотрении стихи Бенедиктова обнаруживали закоренелую и, так сказать, стихийную консервативность их автора. Бенедиктов готов был украсить стиховыми узорами самые отвратительные явления николаевской действительности. Казарменные нравы он воспевал как воплощение рыцарства; с прямолинейностью лакея, допущенного в гостиную, он приходил в восторг от “ароматной сферы балов” и т. п. Он простодушно признавался, что больше всего его вдохновляли “очи огневые, да кудри темные, да перси наливные” . Разумеется, эти предметы требовали соответствующих средств выражения. Бенедиктов довел одно из свойств романтического стиля— сложную метафоричность — до крайней степени напряженности и вычурности.

Иван Сергеевич Тургенев происходил из дворянской среды. Такая биографическая констатация для нас привычна: из этой среды вышло большинство крупнейших русских писателей XIX столетия. И, может быть, привычка-то как раз и мешает нам видеть парадоксальность самого этого факта.

Урок, заочно полученный от Белинского, был одним из важнейших моментов во всей писательской судьбе Тургенева. Ведь дело состояло не только в исправлении ошибок неопытного вкуса, хотя и это само по себе не так уж мало. Согласие с Белинским предполагало изменение взглядов не только на искусство, но и на саму жизнь и, стало быть, на отношение искусства к жизни: от поисков небывалого,, “великого” (недаром зрелый Тургенев назовет школу романтиков 30-х годов “ложно-величавой” школой) необходимо было переходить к изучению реальной действительности – во всех ее ипостасях; наступала пора наблюдений и анализа. Теперь наряду с литературными занятиями Тургенев много времени посвящал изучению философии. Интерес к философии был настолько серьезен, что Тургенев намеревался посвятить себя профессорской деятельности—именно по кафедре философии. Желание усовершенствоваться главным образом в этой области знаний и привело Тургенева в Берлинский университет.

Писал он тогда много и смотрел на свою литературную работу, по-видимому, вполне серьезно. Убедительным подтверждением и того и другого является его письмо профессору А. В. Никитенко от 26 марта 1837 года: “Я колебался, должен ли я был послать драму, писанную мною 16 лет, мое первое произведение, – я столько вижу в ней недостатков, и вообще весь план ее мне теперь так не нравится, что если б я не надеялся на Вашу снисходительность, а главное, если б я не думал, что по первому шагу можно по крайней мере предузнать будущее, я бы никогда не решился бы Вам ее послать…

Рекомендуем почитать ►
Наполеонизм Германна

Но когда речь заходила о его детстве, Тургенев чаще всего вспоминал о том, в чем особенно резко сказывались крепостнические порядки и обычаи их семьи. Варвара Петровна считала телесные наказания универсальной мерой внушения; само собой понятно, что предназначена она была, прежде всего для крепостных, но применяла она ее и к детям. Их секли за все: за не выученный урок, за не понятую взрослыми шутку или за невинную, пустячную шалость, секли по подозрению и чуть ли не на всякий случай.

Петербургский университет с самого своего основания был постоянно под непосредственным неусыпным надзором правительства, что, разумеется, сказывалось на всех сферах университетской жизни. В Московском университете хотя бы по одной только дальности расстояния труднее было водворить столь вожделенную для николаевской администрации казенную благопристойность. Воспитанники Московского университета особенно дорожили традициями вольнолюбивой студенческой общественности.


Об авторе: dimasey